В тот год, когда истёк срок его пребывания на должности правителя Муцу¹⁰, Ёриёси переехал на территорию Охранного ведомства для исполнения обязанностей там, и все несколько десятков дней, пока он объезжал подведомственные ему земли, Ёритоки всячески старался ему услужить, преподнёс множество подарков конями и разным добром, и одарил также воинов, служивших Ёриёси.

И вот как-то вечером, когда Ёриёси, возвращаясь в земельную управу, переезжал реку Акуто, к нему приблизился человек и сказал ему по секрету:

– На Мицусаду и Мотосаду, сыновей наместника земли Муцу Фудзивара-но асона Токисады, напали, когда они остановились на ночлег, и убили их челядь и лошадей.

Тогда Ёриёси призвал Мицусаду и спросил, кого тот подозревает в злодеянии. Тот ответил:

– В прошлом году Садатоо, старший сын Ёритоки, хотел взять в жёны мою младшую сестру. Однако происхождения он низкого, и согласия ему дано не было. От перенесенного стыда он, верно, и задумал это дело. Ни на кого другого не могу подумать.

Ёриёси, разгневавшись, приказал привести Садатоо с тем, чтобы признать его виновным в содеянном.

Тогда Ёритоки, собрав сыновей и племянников, сказал им так:

– Человек живёт на свете ради жены и детей. Хоть Садатоо и поступил глупо, я не могу не любить своего сына. Я не могу стерпеть, чтобы из-за одного-единственного проступка его казнили. Так перекроем же заставу на реке Коромо и воспротивимся повелению! Если даже Ёриёси нападёт, у меня достанет войск сдержать его. Так что сейчас нам не о чем беспокоиться. А если даже мы проиграем сражение и все погибнем, – что ж, ничего не поделаешь!

Тут все, и справа и слева стали наперебой говорить ему:

– Истинно так! Давайте перекроем заставу на Коромогаве! Там никто не пройдёт!

Так и вышло, что они перекрыли дорогу, не пропуская никого.