В полдень шестого дня³⁰ войска Ёриёси остановились в Таканаси, и в этот же день было решено ударить на заставу Коромогава.

Ведущие к заставе дороги были круты и узки, подобны дороге на горе Яошань или у заставы Ханьгу. Единственный воин здесь мог сдерживать армию в десять тысяч человек.

Стали рубить деревья и стелить гать через топи, подкапывать обрывы и прокладывать дорогу. К тому же дожди шли без перерыва, и река разлилась. Однако же три отряда – с Киёхара-но Такэсада, Татибана-но Ёрисада и Киёхара-но Такэнори – отправили на взятие крепости. Такэсада пошёл по прямой дороге к заставе, Ёрисада – по дороге, ведущей к верхней переправе через Коромогаву, а Такэнори – по нижней дороге. Пытались взять крепость приступом с часа Овцы до часа Собаки³¹, погибло в государевом войске девять, а ранено – более восьмидесяти человек. Такэнори спешился, оглядел берег, призвал воина своего Хисакиё и приказал:

– По обоим берегам растут деревья и ветки свисают над водой. Ты хорошо прыгаешь – переберись по ним на тот берег, скрытно проберись в лагерь и подожги укрепления. Мятежники непременно побегут, завидев огонь в своём лагере. Тут-то мы и возьмём крепость.

Хисакиё отвечал:

– Жизнь и смерть моя в воле вашей.

И тут же, подобно обезьяне перепрыгнув на ветки дерева на другом берегу, протянул через реку верёвки и лианы и переправил человек тридцать воинов. Тайком пробрались они в крепость Фудзивара-но Наритики и разом подожгли. (Этот Наритика, по прозвищу Отонаи, был главным в войске Мунэтооо.) Тогда воины Мунэтоо, завидев огонь в крепости Наритики, всполошились и побежали. Забыли они об обороне заставы, и укрылись в крепости Ториуми. Так Хисакиё со своими воинами изничтожил около семидесяти мятежников.